праведника бережет и помыслы злых от него отклоняет. Но едва только свет упал на лицо и на руки высунувшегося вперед Митрофана, как владелец опять метнулся от него назад, как от привидения, и захлопнул бы дверь, если бы Петруша не заступил порог ногой... Аркадий Ливенцов стоял совершенно бледный и даже потянулся было к заднему кар­ману, но брат-студент умоляюще схватил его за руку. Кто раз испил хмельной отравы гнева, Тот станет палачом иль жертвой палача. То, что твоя слепота называет уродством в человеческом ребенке, для ребенка фей - совершенство красоты.. А ему. С ней он был светом света, его творением. "Какие они оба могучие, какая у них огромная жажда жизни!.. - Необходимо, чтобы суеверие и фанатизм уступили бы место философии.. -- Все будут целы,-- недовольно говорил Софрон,-- мы в атаку ходили, саблями ру­бились, а теперь из-за бугра стреляют -- в белый свет, как в копеечку. Но эта уверенность быстро исчезла, так как другие почти ничем не отозвались на появление Митеньки. - Да будет известно, - сказал он медленно и с расстановкой, - что в силу власти и юрисдикции, которую римский народ вверил нам в общем совете, а первосвященник утвердил, мы, признательные этому дару и благодати св. Без сомнения, они многое не могли сообщить ей; науки к тому же не были в моде, как теперь; но случай или природа благоприятствовали молодой Виоле. В это мгновение инстинкт его ожидал удара по щеке, и его красивое, всегда гордое лицо было испуганно и отчаянно, как у человека, не имеющего сил отклониться.. На глазах его выступили слезы уязвленной гордости; он подошел, опираясь на свою палку, к Риенцо, прикоснулся к его плечу и сказал: - Трибун, и без измены явился судья, злобствующий на свою жертву! Риенцо с такой же гордостью обратился к барону. -- Она ничего не умеет делать, проста душой, и у нее красивое тело. - Но не хочешь ли ты, в обмен на мою услугу, сделать сегодня вечером те признания, которые ты собираешься сделать завтра, и тогда, может быть, ты и женщина, которую ты хочешь спасти, получите не отсрочку, но прощение. Потом, с грустью взглянув на своего молодого руководителя, проговорила просто и печально: - Будете ли вы теперь больше уважать или, вернее, меньше презирать меня? Девушка казалась совсем юной, почти ребенком, и сказала она это так по-детски, что Кенелм почувствовал отеческое желание посадить ее к себе на колени и поцелуями осушить ее слезы. Первым заговорил, почему-то недоброжелательно глядя на Лавренко, пожилой толстый человек с рыжей бородой и круглыми щеками. Это первый Чиллингли с черными глазами. Они говори" ли мало, потому что шел общий разговор о выборах, в которых участвовал Гордон Чиллингли. На одной, в которой сидел в обвисшей фуражке и вылинявшей гимнастёрке денщик, были наложены туалетное зеркало, люстра, канделябры. - Обязательно оставайтесь до завтра, -

Скачать<<НазадСтраницыГлавнаяВперёд>>
(C) 2009 SU