горячностью гремел крик: "Рим, трибун и народ?" "Spirito Santo, Cavalieri!" Подвергаясь всем ударам мечей и стрел, так как он был замечен по своей эмблематической диадеме и императорской мантии, Риенцо отбивался от всех нападений огромной боевой секирой в руках. Высшие придворные круги тоже выражали нетерпение и досаду и давали понять генералу Самсонову, что поле сражения -- не кабинет профессора Академии Генерального штаба, где можно спокойно взвешивать и готовить противовес всем случайностям. Мистер М.. LХХХI Митенька, не чуя над собой беды, пошёл пешком по улице губернского города, где кишел военный народ и кафе были полны офицеров и каких-то девиц. Но кругом была такая тишина, что слова не шли с языка. Митеньке даже стало немного страшно, что Алексей Степанович говорит такие вещи на улице. Дорога то поднималась в гору по растолчённому песку, то спускалась в лощины, где было прохладнее и пахло речной сыростью... ничего. Нелепая мысль сверкнула в воспаленном мозгу, загорелся перед глазами красный огонь и что-то слепое, громадное овладело им всем. Тогда я не умел ценить, а теперь. Удовольствия скоро отвлекли его от этих занятий, и его неоспоримые способности были исключительно посвящены безумным интригам или выставлению напоказ пышной роскоши, которую он демонстрировал с какой-то классической грацией. - Она была феей, хотя на языческом языке ее называют нимфой Эгерией. Коля Вязовкин хотел сказать "люблю" и сказал "вубью".. Еще несколько минут, и зазвенел хор веселых голосов.. Обыкновенно он заходил, провожая Нину с прогулки, но иногда оставался и ужинать. - Что касается меня, то, скажу откровенно, мне довольно уже одной славы и волнений этой великой революции.. И высшее - рождающееся через самоотречение. - Скорее, скорее. - Но, синьор, - сказал он, - вы, без сомнения, более моего знаете об этом иностранце, с необычным именем. -- тихо, совсем тихо ответила Ирина.. -- А какие страшные у них орудия! -- сказала дама в чёрном. Толпа с визгом и криком бросилась в разные стороны. Некоторые из них ворочались, ползали на четвереньках и опять падали. - Насколько я понял из ваших рассуждений, - сказал сэр Питер с присущим ему благодушным спокойствием, - Кенелма Чиллингли вовсе не следует отдавать в школу. - Она тоже поэма? - Нет! Это не приходило мне в голову. -- Вот что!.. Это не тори победили вигов, когда Питт распустил парламент. И они не удовлетворяют меня.. Мужики наутро запрягли лошадей и, надев поглубже шапки, поехали. Вот возьму и брошусь", - мелькнуло у нее в голове. Наступили последние университетские каникулы Бульвера.. Сладострастник это мечтатель, жаждущий вечной молодости, вечной красоты и наслаждения. Он почувствовал приток новой энергии и того радостного беспокойства и невозможности усидеть на месте, которым всегда сопровождалось у Митеньки всякое осенение большой новой

Скачать<<НазадСтраницыГлавнаяВперёд>>
(C) 2009 SU