такой скучный сегодня? - спрашивала его Мария Сергеевна, робко дотрагиваясь пальчиком до крутого локтя. Одинокие, никому не зримые, капали горячие слезы на мокрую землю, попадали в рот, на судорожно колотившиеся зубы.) Послезавтра четверг -- два. В груди у нее такое восторженное, светлое, полное радости и нежности чувство, и готова она на какую угодно самую беззаветную жертву, а между тем без ужаса не может даже подумать об "этом". Их где-то должно быть очень много. Федюков убил меньше всех, но он уверял, что из десяти убитых им уток он находил едва одну или две. - Но я рад, что он убежал, - сказал старик, вытирая себе глаза. На одно мгновение мелькнули перед ним огонь и дым, в котором исчезли злобные тупые глаза, и в ту же минуту он увидел дважды сверкнувшее пламя в конце своей вытянутой руки и сквозь дым, с невероятно острой жестокой радостью, заметил взмахнувший обеими руками черный силуэт, запрокинутую голову с взъерошенными усами и вдруг черную кучу с торчащими навстречу неподвижными белыми подошвами сапог. -- Валентин!. Ступай к своим друзьям, обратись к ним, скажи, чтобы они не изумлялись и не пугались того, что будет, но поддерживали бы меня при случае. а так, на первое время. Когда они вошли в буфетную, ее окружили другие молодые люди.. А потом все запуталось и стало болезненно-уродливо, как кошмар. Вдруг по колонне от головы к хвосту пробежал шорох голосов. Ланде с ласковой нежностью посмотрел сбоку на ее тонкую, выпуклую фигуру и нежный, прозрачный профиль, всегда казавшийся грустным, каким бы ни было в действительности выражение ее лица. - Подумай, - продолжал он, - ты теперь во власти человека, который никогда не колебался, если желал достигнуть цели, хотя бы она была менее драгоценна, чем ты. как это называется?. Но взгляните на этот кровавый прах, он встал между нами! Ваша сестра, да будет с нею Бог! Между ею и мною - мрачная бездна! - Молодой патриций на несколько мгновений остановился, потом продолжал: - Эти бумаги освобождают меня от моего поручения. - Да. Один раз (собрание кружка было у Макса) Алексея Степановича поразила одна нич­тожная чёрточка: Шнейдер попросил Чернова позвонить по телефону, чтобы навести деловую справку. - Какие глупости!. У открытого окна, черневшего темной пустотой, сидела мать Ланде. - Но заказали ли вы обед? И что нам подадут? Здесь, кажется, никто не является на звонок. Так как общество и народ больше всего натерпелись от ига абсолютизма, то от новой власти ждали проявления диаметрально противоположных свойств. Доктор, очевидно, хорошо знал, что всякая фронтовая любовница ненадёжна, а Екатерина Ивановна, с её безвольной улыбкой, ненадёжна вдвойне.. Страшная философия искусства! Подобные мысли занимали Глиндона, когда его вдруг кто-то тронул за руку. Разумеется, испробовали всякие пружины и машины, которые причиняли маленькому принцу сильную боль и озлобляли его все сильнее.

Скачать<<НазадСтраницыГлавнаяВперёд>>
(C) 2009 SU